1

Пресса - Пустовая, Валерия Ефимовна

01 февраля 2011


Оглавление:
1. Пустовая, Валерия Ефимовна
2. Награды



Валерия Ефимовна Пустовая, Москва) — российский литературный критик.

Окончила факультет журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова, отделение литературно-художественной критики.

Публикуется в российских толстых журналах, газетах «НГ Ex libris», «Литературная Россия». Редактор отдела критики журнала «Октябрь».

Дебютировала провокативным идеалистическим эссе «Манифест новой жизни», в котором сопоставила идеи «Заката Европы» философа-культуролога Освальда Шпенглера, романа «Кысь» Татьяны Толстой и повести «Ура!» молодого писателя Сергея Шаргунова. «Манифест» далеко выходил за рамки литературной мысли и был посвящен теме «возрождения России».

Дальнейшие выступления Пустовой в литературных журналах закрепили за ней репутацию критика, который придает большое значение этическому, социальному, философскому смыслу современной литературы. Так, её дебютная статья в «Новом мире» посвящена проблеме общественного и духовного статуса современного писателя, статья о молодой военной прозе открывается размышлениями о специфике восприятия современной войны, анализ современных утопии и антиутопии дает повод оценить меру продуктивности тех или иных социально-политических концепций, разбор критических выступлений писателей приводит к осмыслению принципов критики, а сопоставление образов пророка в современной литературе становится основой для разговора об авторитарности и духовном авторитете.

Такой подход Пустовой к анализу современной литературы, а также тот факт, что основным жанром её выступлений была объемная сопоставительная, обзорная статья, дали повод увидеть в ней продолжателя специфических традиций русской критики XIX века. Александр Агеев так откликнулся на статью о современных утопиях и антиутопиях:

Я благодарен Валерии Пустовой, которая тиснула в январском «Новом мире» большую и мудрую статью как раз о тех книгах, где куют ключи и подбирают отмычки. Она выстроила для меня, не всё ещё успевшего прочитать, некий ряд проблемно пересекающихся книжек и убедила в том, что поговорить о них стоит именно в этом, историософском, ракурсе. Впрочем, прочитав статью Пустовой, я подумал: никак «реальная критика» возвращается?

А поэт и главный редактор газеты «НГ Ex libris» Евгений Лесин выразился так:

«Молодому критику труднее заявить о себе, „прогреметь“, сделать так, чтоб заметили. Пустовую заметили сразу. Ну, почти сразу. Потому что она честно работала в жанре „XIX века“. Подробно, „громко“, с манифестами».

В 2005 году был опубликован ещё один манифест Пустовой, посвященный концепции реальности в молодой прозе и «новому реализму» как наиболее перспективному её направлению. Большинство отзывов на манифест были резко отрицательными, но бурная полемика, которую он спровоцировал, вдохновила писателей и критиков молодого и старшего поколений на высказывание своих эстетических и этических позиций. Вследствие полемики вокруг «нового реализма» Пустовую признали одним из главных «идеологов» молодой литературы:

Валерия Пустовая почти одновременно опубликовала две программные статьи, после чего превратилась в самого известного, самого цитируемого из молодых критиков, в признанного идеолога все того же «нового реализма». В отличие от поэта, прозаика, политика и, на мой взгляд, только в последнюю очередь критика Сергея Шаргунова, она обладает способностью к въедливому анализу, к подробнейшему разбору текста. Если Шаргунов стал «знаменосцем» «новой волны», то роль главного идеолога прочно закрепилась за Пустовой.

Однако Пустовая писала не только о молодых, двадцати- и тридцатилетних, писателях — Р. Сенчине, А. Бабченко, А. Старобинец, Н. Ключарёвой, Д. Осокине и др., но и о писателях старших поколений, таких как В. Маканин, Д. Быков, В. Ерофеев, П. Крусанов, Л. Петрушевская, А. Кабаков.

Неоднозначность сложившегося восприятия критика вполне отразилась в реплике Аллы Латыниной

Что же касается самой Валерии Пустовой, то она как раз литератор интересный, со своим стилем и узнаваемой манерой, хотя и не слишком мне близкой: не люблю я пафосных речей с нагромождениями метафор, срывающегося голоса и расширенных глаз. Впрочем, диапазон критика достаточно широк — гротеск и ирония тоже ей доступны, судя по едкой статье о Викторе Ерофееве.

По-разному воспринимают Пустовую и её «герои» молодые писатели. По мнению писателя Захара Прилепина, Пустовая «ведущий молодой критик» «по своему напору, по своей удивительной работоспособности, по масштабности зрения». Напротив, писатель Герман Садулаев, задетый отрицательным отзывом Пустовой на его сочинения, полагает:

Как человек Валерия очень обидчива и злопамятна. И опять же, какое наше собачье дело, но слишком уж эти особенности её натуры влияют на её же литературно-критические взгляды и предпочтения. Пустовая пишет обзоры чрезвычайно скучные и мутные. Её язык ухитряется сочетать бедность и невыразительность со злоупотреблением ненормативной лексикой. Ненормативной, конечно, в смысле ненормальной для простого российского читателя. Вот наугад: «Заметим лишь, как незаметно в её антимифологический манифест вкралась эта мифообразующая антитеза». Чёрт-те что! И как она способна такое замечать? И ведь незаметно! А она говорит заметим! Как же мы заметим, если оно не заметно? Мы не сможем. Но не она.

По мнению камчатского критика В. Ширяева, писавшего о статье Валерии Пустовой «Свято и тать»:

Лера Пустовая очень красивая девушка. Она излагает с такой степенью неясности, что закрадывается сомнение, понимала ли она сама достаточно ясно, о чем пишет. Очень комичны: «дурь своих ожиданий», «пафос осыпания прахом», «канонный лес», «недосведенность завязок», прилагательное «толпяного», автор, «которому надоело вдалбливать в читателя живое волшебство души колотушками сказочной фактуры». Много родительного падежа. Лера торопилась..

Противоположную оценку стиля Пустовой дал в отклике на один из её обзоров редактор отдела поэзии «Нового мира» Павел Крючков:

Ладно, пускай тут просверкивают выражения типа «наезд на православие», это возраст. Но вот как свободно пишет: «К сожалению, в пяти номерах журнала мне встретился только один случай, когда автор попытался создать полноценный образ еврейской культуры, проникнуть в еврейство как в особое миросозерцание, а не в политическую стратегию. Случилось это, понятное дело, в рубрике Литература». Или, говоря о стихотворении «Было третье сентября» Алексея Цветкова, она вдруг обмолвится, что оно «представляло собой скорее проклятие в стихах, чем собственно произведение поэтического искусства». Лихо. А уж Парамонова, бесконечного фрейдослова нашего, просто застрелила вишневой косточкой, не забыв напомнить о его сильном и ощутимом даровании+

В феврале 2007 года была одной из участниц встречи молодых писателей с В. В. Путиным, в ходе которой заявила, что молодые люди «сейчас активно стремятся в литературу», и порекомендовала руководству страны «обратить внимание на печальную участь толстых журналов, а особенно на проблемы с их распространением».

2 октября 2009 года в московском Музее Серебряного века состоялась презентация литературно-критической группы «ПоПуГан», в которую вошли молодые критики Елена Погорелая, Валерия Пустовая и Алиса Ганиева.



Просмотров: 2451


<<< Прошутинская, Кира Александровна
Рабинер, Игорь Яковлевич >>>